Суд, где воспитываются народы

БАКУ, 16 марта, «Новости-Азербайджан», Кямал Али. «Альянс Женщин за Гражданское Общество» провел в Тбилиси очередной Символический Суд с участием правозащитников, экспертов и активистов гражданского общества трех южно-кавказских государств. Как сообщил «Новости-Азербайджан» координатор проекта, азербайджанский философ Ниязи Мехти, на этот раз «судья», «адвокат», «прокурор» и «присяжные заседатели» выслушали речь Гюнель Гулиевой, выступавшей против принципа самоопределения наций, и наша участница вышла победительницей.

Ниязи Мехти ответил на вопросы «Новости-Азербайджан»:

- Расскажите о «Символическом суде».  Какова цель его проведения, кто проводит, какие у вас успехи и результаты.

- Наши символические суды, на первый взгляд, могут казаться компиляциями от аналогичных судов, организуемых на российских каналах, хотя мы начали проводить их в конце 90-х годов,  тогда аналогичных программ на ТВ еще не было. Однажды мы увидели эти телепередачи на тогдашнем НТВ, и удивились сходству с нашим проектом. Позже узнали, что символические суды были в Америке, Европе, и даже в свое время знаменитый теоретик коммунизма Лев Троцкий организовал такой суд по поводу Сталинского обвинения в его адрес. 

Когда я начинал разрабатывать нашу программу, мне помогли подсказки Хикмета Гаджизаде. Он сказал, что на юридических факультетах проводят условные суды и можно воспользоваться  правилами этих игр. Так мы начали проводить локальные суды в Азербайджане. Своеобразие этих судов заключалось в том, что за исключением  редких случаев, предметом наших судебных разбирательств были не индивидуальные случаи, а законы Азербайджана. У нас были следующие программы:

- «Символический конституционный  процесс над законами Азербайджана» - здесь мы проверяли эти законы с точки зрения нарушения Прав Человека;

- «Символический Антикоррупционный Суд» - пытались выяснить, какие же законы Азербайджана порождают ситуацию в коррупции. Кстати, эта программа была беспрецедентной;

- «Судебное разбирательство между Демократией и Авторитаризмом в передвижном суде Символического Конституционного Суда (опыт экспансии Демократии в регионы);

- «Символический Конституционный Суд против Конституционного Суда»  (игра в симметрию и асимметрию) – осуществляли предварительный суд над жалобами, которые собирались потом передавать в Конституционный Суд Азербайджана.

Только в этой программе, в которой в форме тренинга мы проверяли и помогали гражданам и их адвокатам подготовить жалобу на Конституционный Суд, мы разбирали частные случаи.

Начиная с 2000-года, я начал думать о создании Кавказского Символического Суда по аналогии с Европейским Судом по Правам Человека и Интер-Американским Судом по Правам Человека. Однако свой проект по этому суду смог осуществить только в прошлом году.  

Гражданское общество каждой Южно-Кавказской страны внесло свой вклад в банк идей Демократии. Мне кажется, что Кавказский Символический Суд является одним из таких вкладов нашей страны, хотя в этом нам помогли и соседние гражданские общества.      

Что касается остальной части  вашего вопроса, то проводит Символические Кавказские Суды в Баку азербайджанская НПО «Альянс Женщин за Гражданское Общество» в сотрудничестве с грузинской НПО Кавказский Центр Гражданских Слушаний.

В Тбилиси же к этому сотрудничеству из Армении подключается Кавказский Центр Мирных Инициатив. В  нашей программе активно работали и работают такие люди, как Владимир Папава, Георгий Ванян, Гюнель Гулиева, Луиза Погосян, Алеша Манвелян, Нино Гогулашвили, Иракли Чихладзе, Шахбаз Худуоглу, Гулу Магеррамли, Рахман Бадалов, Али Аббасов, Гия Тархан-Моурави, Иракли Берулава  и многие другие.     

- Самое интересное - это армяно-азербайджанское сотрудничество в Суде. Как его можно охарактеризовать – вы друзья или соперники? Бывают ли враждебные отношения, недружелюбные приколы?

- Когда мы проводим суды и слушания с участием армян, грузин и азербайджанцев, конечно же, мрачные тени карабахской, южно-осетинской войн, как темный дух, витают над нашим головами. Но, к счастью, в наших судах обычно участвуют люди, являющиеся приверженцами демократии и цивилизованных отношений между народами, и как мне кажется, уважающие, с одной стороны, государственные границы своих соседей, а с другой стороны, право этнических меньшинств. Это помогает нам в острых дискуссиях сохранять уважение друг к другу. Кстати, на днях мы провели в Тбилиси Кавказский Суд на тему «Гюнель Гулиева против права наций на самоопределение». Ее оппонентом был Вахе Аветян и, между прочим, изъявлял желание стать истцом. Но я сказал, что Гюнель уже давно готовится к этой роли. После этого Вахе согласился на роль ответчика. В самом же суде все избегали, как выразились, недружелюбных приколов. К тому же не могу сказать, что поддержка большинством зрителей Гюнель испортила настроение Аветяна. 

- Стала ли в действительности Грузия посредником армяно-азербайджанского диалога? Стала ли Грузия пионером в демократизации региона? Насколько правильно впечатление, что Саакашвили позорит Грузию?

- Скорее всего, Грузия стала страной, представляющей площадь для армяно-азербайджанских встреч и диалогов. Конечно, эта площадь не является чисто пространственным явлением. Она похожа на театр с собственной архитектурой, дизайном и антуражем. Т.е. в ней мы видим, и размышляем  о грузинском опыте демократии. Некоторые наши слушания даже были посвящены  оценке этой демократии. Назвать Грузию пионером в демократизации региона было бы сильным преувеличением, таким же преувеличением было бы сказать, что Саакашвили позорит Грузию.

Как-то наш талантливый писатель Сеймур Байджан спросил мое мнение о покойном Эльчибее. Я так сформулировал это мнение: он был неординарной и симпатичной личностью, но, к сожалению, не смог стать не только гением, но и полугением политики. Кажется, что Саакашвили также не может, по крайней мере, пока не может достигнуть планки полугения политики. Но в одном он меня поражает: мне казалось, что мы азербайджанцы настолько ментально и социально коррумпированы, что излечиться от этой болезни в короткий срок невозможно. Но Сакаашвили доказал неверность этого убеждения. Грузинское общество в Советское время было коррумпировано больше, чем азербайджанское, и, несмотря на это, Саакашвили сократил эту коррупцию до элитной. Простые грузины возмущаются этим – мол, почему высшим чиновником можно, а нам нельзя. Поэтому можно сказать, что успехи Саакашвили в области ментальности грузин небольшие. Но сведение внешней коррупции до элитной может стать этапом к большему сокращению зоны коррупции в обществе.

- Каковы перспективы участия гражданского общества в разрешении карабахского конфликта и вообще всех конфликтов, если они основаны на сугубо политических противоречиях? За прошедшие 15 лет со времени оккупации НК гражданское общество наших стран чего-то добилось? Во всяком случае, недавно в Ереване был Ильгар Мамедов, и в интервью "Новости-Азербайджан" он сказал, что армяне остались такими же неуступчивыми, хоть и стали менее настойчивыми.

- К сожалению, у меня не было возможности наблюдать армянское общество изнутри. Что касается  роли гражданского общества в разрешении карабахского конфликта, то можно испытывать оптимизм в том случае, если эти общества в Азербайджане и Армении сыграли бы существенную роль в выборах Президента и Парламента. Но этого ни в Азербайджане, ни в Армении нет.

С другой стороны, наши общества, в конце концов, должны развиваться в этом направлении, и для меня положительный ответ на ваш вопрос зависит от степени демократического развития народов. Пока же то, что делается гражданским движением южно-кавказских стран, имеет смысл с точки зрения воспитания народов для продвижения к мирному разрешению межэтнических конфликтов. А это лучше, чем отсутствие такой работы.